Павел Петрович Чистяков: человек, художник, педагог

 

Мои  впечатления от одного из уголков Царского Села

Вот уже третий год, как я выезжаю на летний пленэр в город Пушкин, бывшее Царское Село. Это название, мне ближе, потому что оно почти изначально дано этому городу и исторически более соответствует. А ещё его все называют городом муз. Действительно, музы как будто благоволили людям творчества: поэтам, художникам, писателям, архитекторам, музыкантам. Неподалёку от Лицея, где провёл свои лучшие годы Александр Сергеевич Пушкин, установлен камень с надписью «Гению места». Поистине, если гений этого места действительно существует, то он олицетворяет собой дух творчества.

Есть в Царском Селе много мест, связанных с пребыванием знаменитых людей – учёных, писателей, поэтов. Одно из них – дом-музей Павел Петрович Чистяков, расположенный на Московском шоссе, в бывшей Фридентальской колонии. Заселение этой территории началось в 1816 1827 годах. А по данным переписи 1897 года, здесь проживало 228 человек. Это были в основном ремесленники, занимавшиеся галантерейным делом (изготовлением лент, кружев тесьмы). Московское шоссе – старая дорога, которая вела от Царского Села, далее к Москве, в отличие от прямой дороги через Славянку и Ижору. Проезд по ней был разрешён только тем людям, которые имели на это право или особую надобность. За Московскими воротами находилась застава. По одну сторону от дороги   слева, если стоять спиной к Госпитальной улице  находились дома колонистов, а справа – дачи состоятельных людей.

В одной из таких дач, с 1876 по 1919 год вплоть до своей смерти и жил выдающийся русский педагог, по словам В.В. Стасова, учитель всех русских художников, Павел Петрович Чистяков. Дача, а затем дом художника, находился в удивительно живописном месте. Между Павловским и Московским шоссе располагался Отдельный парк, спроектированный в английском пейзажном стиле. Здесь же – обширный Колонистский пруд и дача Великого князя Бориса Владимировича (не сохранилась), построенная в виде английского коттеджа. Окрестности Царского Села и Павловска были для Чистякова не совсем чужими. До того, когда была построена большая дача в Царском Селе, у Павла Петровича был небольшой домик в одной из деревень около Павловска. А соседняя дача принадлежала видному петербургскому гомеопату В.В.Дерикеру, отчиму будущей жены художника В.Е.Мейер-Чистяковой. Впоследствии на этой даче жил выдающийся учёный-генетик Н.И. Вавилов.

Дача П.П.Чистякова была построена по проекту архитектора А.Х. Кольба, ученика А.П. Брюллова. Но и сам художник, и его жена, Вера Егоровна принимали активное участие в создании внешнего облика и интерьеров дома. По рисункам художника была сделана деревянная резьба на фасаде, флюгер, роспись потолка в столовой. Идея дополнительного входа с улицы в мастерскую тоже принадлежала Павлу Петровичу, так же как и при создании мастерской, архитектор руководствовался всецело пожеланиями мастера.

В этом доме Павел Петрович и его семья прожили не одно десятилетие. Много событий видели стены этого дома, много людей побывало здесь. Этот дом можно было назвать – «полной чашей».Здесь, под его гостеприимным кровом, собирался большой круг родных, друзей и близких. Но, помимо всего, любой человек, нуждающийся в помощи и поддержке, мог их получить здесь. Двери этого дома были открыты всем нуждающимся. Здесь бывали художники И.Е. Репин, В.Е. Савинский, Н.А. Бруни, А.А. Риццони, скульпторы А.Л. Обер, Н.А.Лаверецкий, а также учёный А.П.Карпинский, певец И.В.Ершов, члены семей учёного Д.Менделеева, писательницы О.ДФорш, филолога-слависта И.И.Срезневского. По соседству жили художники М.Н.Васильев, К.А.Горбунов, скульптор М.В. Харламов.

Душой дома и всего общества, были Павел Петрович и его жена Вера Егоровна, обладавшая большими художественными способностями. Автопортрет её работы, написанный в те годы, когда она была ещё совсем юной, мы можем увидеть в столовой. Но молодая художница не пошла по пути развития своего таланта, а целиком отдалась служению своей семье. В 1928 году известная советская писательница О.Д.Форш  и искусствовед С.П.Яремич написали книгу о П.П.Чистякове. Вот как Ольга Форш описывает столовую: «Стол узкий, длинный, в столовой по рисунку Павла Петровича обшиты стены белым деревом. Посередине – арка: зелёный плющ заткал ее всю, стелется вниз по широким окнам».[3.298]

Нередко за столом в столовой собиралось довольно большое количество народу. О.Д.Форш рассказывает о том, что «что людей художник жалел бесконечно. Всегда жили в доме не только бесчисленные тверские родственники, но и совсем чужие, случайные подростки».[3.298]

Следующая за столовой гостиная. Ее облик дает полное представление о жизни и быте интеллигенции ХIX века. На стенах – фотографии, картины Павла Петровича и его ученицы и племянницы — Веры Матвеевны Баруздиной. Её художественное дарование он высоко ценил. Павел Петрович говорил о том, что его художественно-педагогическую систему освоили только два человека – это Валентин Александрович Серов и Вера Матвеевна Баруздина.

Можно представить, как когда-то в этой гостиной проходили вечера, за роялем кто-то играл, звучала музыка, а гости вели беседы, разглядывая фотографии в семейном альбоме.

Следующая за столовой гостиная. Её облик даёт полное представление о жизни и быте интеллигенции ХIX века. На стенах – фотографии, картины Павла Петровича и его ученицы и племянницы — Веры Матвеевны Баруздиной. Её художественное дарование он высоко ценил. Павел Петрович говорил о том, что его художественно-педагогическую систему освоили только два человека – это Валентин Александрович Серов и Вера Матвеевна Баруздина.

Можно представить, как когда-то в этой гостиной проходили вечера, за роялем кто-то играл, звучала музыка, а гости вели беседы, разглядывая фотографии в семейном альбоме.

Следующая комната – малая гостиная. В этом зале рассказывается о друзьях семьи Чистякова. На стенах – портреты писательницы Ольги Форш, племянника художника Я.В.Дурдина, людей близких семье художника. В настоящее время в малой гостиной устраиваются временные выставки современных художников.

Но «святая святых» дома – сама мастерская Павла Петровича. Светлая, хорошо продуманная, созданная согласно пожеланиям и потребностям художника. Свет попадает из огромного окна, обращённого на Московское шоссе, и из окна поменьше на соседней стене. Она как будто наполнена воздухом, в ней легко дышится, и хочется творить. На мольбертах и стенах – картины и графические произведения разных лет. Портрет девушки-итальянки, мужской портрет, заказной женский портрет. Особое внимание привлекают две картины, незаконченное монументальное полотно «Благословение детей» и портрет матери – написанный с большой любовью, тщательностью и мастерством. До ремонта музея, начавшегося в 2006 году, и открывшего свои двери для посетителей только летом 2009 года, зритель мог видеть полотно «Последние минуты Мессалины, жены императора Клавдия». Это полотно должно было быть своеобразным отчётом о пенсионерской поездке в Италию. Художник писал его много лет, но так, к сожалению, его и не закончил по разным причинам, и оно так и осталось для зрителей методическим пособием по созданию большой картины. На ней можно было отчётливо видеть этапы исполнения этой композиции. Когда проводился ремонт здания музея, картину взяли на реставрацию в Государственный Русский музей, а поскольку размеры полотна не позволили вынести его обычным образом, т.е. на подрамнике, из мастерской, картину пришлось снять с подрамника и намотать на вал. Когда же ее отреставрировали, соответственно, для того, чтобы внести ее обратно, нужно было опять снимать её с подрамника, что не имело смысла и нанесло вред красочному слою. Таким образом, работа мастера так и осталась в Русском музее.

Мастерская художника – место, где он остаётся наедине с самим собой, своими образами, которые потом в его творениях войдут в мир и станут близкими зрителю. Но Чистяков отдавал себя людям не только через свои полотна. Сегодня бы сказали о нём – он педагог от Бога.  Приехав в Петербург и поступив в Академию художеств ещё довольно юным, он не только получал знания. Перед юношей из провинции стояли более земные задачи: как прожить в столице, чем заработать, как сэкономить заработанные средства. Жил Павел Петрович далеко от Академии – неподалёку от Александро-Невской лавры. Бывали дни, когда ему приходилось проходить около тридцати верст, экономя на извозчике, к тому же еще необходимо было ходить на дом к ученикам.

Но парадокс состоит с том, что педагогика из дополнительного заработка стала основным делом жизни художника. Помимо частных уроков, он вёл занятия в школе общества поощрения художеств. Не всегда педагогическая деятельность Павла Петровича проходила в благоприятных условиях. Долгое время (20 лет) он был в Академии адьюнкт-профессором, т.е. помощником профессора, дежурным профессором. И только в 1982 году он получил звание профессора II степени. Однако, у него не было официальной персональной мастерской, где он мог бы обучать студентов. Павел Петрович давал уроки дома, в своей личной мастерской, не беря со своих учеников никакой платы за обучение. К нему тянулись, его уважали, многие художники, окончившие Академию, обучались в последствии у Чистякова, например, И.Е. Репин.

И только в конце своей академической службы, после ухода И.Е.Репина из Академии, Чистяков получает свою персональную мастерскую, бывшую репинскую.  Но возраст давал о себе знать. После двух лет преподавания в персональной академической мастерской (1908 1910 гг.), и ещё через два года службы в Академии, в 1912 году Павел Петрович ушёл в отставку.

И как не вспомнишь, ставшую со временем очень популярной, фразу о том, что нет пророков в своём отечестве. Помимо того, что почти все годы службы в Академии у Чистякова не было персональной мастерской, но к тому же, находясь на должности заведующего мозаичной мастерской Академии художеств, он занимался чуждой его наклонностям административной работой – наблюдал за ходом исполнения мозаик для храмов и других общественных зданий по всей России.

Очень важно, ступив на выбранный в жизни путь, встретить мудрого наставника. Таким для многих художников, в том числе и почти для всех наших выдающихся мастеров был Павел Петрович Чистяков. Его уважали и высоко ценили И.Е.Репин, В.И. Суриков, М.И. Врубель, В.А. Серов, М.В. Нестеров. Он умел разглядеть талант и вовремя направить развитие дарования будущих художников. Уметь научить – это большое искусство. С Чистяковым сам процесс обучения становился интересным и захватывающим, потому что он шёл не от изучения веками отработанных канонов, подгонки под них рисунков и живописных произведений учеников, а от изучения жизни.

Если, к примеру, система рисования до Чистякова была построена на тщательном копировании предмета изображения, на следование классическим античным канонам, исправлении несоответствий этому канону. Например, при рисовании натурных постановок необходимо было улучшать пропорции лица и тела натурщика, приближая их к античным образцам, то Чистяков учил видеть натуру, и окружающий мир такими, какие они есть, изображая часть чего-либо, воспринимать объект изображения в целом. «Рисуй нос, а думай об ухе» одно из его наставлений, ставших афоризмом. В живописных работах он учил видеть цветовые и тональные соотношения предметов.

В фигурных композициях (будь то жанровые или исторические сюжеты), мастер требовал психологической связи персонажей, а не просто отвлечённо-красивых построений фигур. Именно эти принципы он и использовал в своих произведениях, начиная с картины на большую золотую медаль, давшей ему право на заграничную пенсионерскую поездку «Софья Витовтовна на свадьбе Великого князя Василия Тёмного».

      Павлу Петровичу Чистякову была интересна жизнь во всех её проявлениях. Он изучал историю искусств, следил за новостями художественной жизни, читал критические статьи об искусстве, помимо этого его интересам не были чужды и литература, естественные науки, музыка, он обладал живым и пытливым умом. Даже И.Е.Репин в своей книге «Далёкое близкое» отметил, что Павел Петрович очень любил теоретизировать.[5.336]

Приходится только сожалеть, что такой энергичный и обладающий многими талантами человек всё-таки не до конца реализовал себя. После Чистякова остались неоконченные живописные работы. Мыслям об искусстве и педагогике много места уделено в его дневниках и письмах. Но, к сожалению, так и не был создан труд, посвящённый методике художественного преподавания. Об этом труде Павел Петрович мечтал. Главным памятником его деятельности являются, безусловно, его ученики. Именно через них, его передовой метод обучения рисунку вошёл в жизнь. Будущие художники пользуются этим методом и в наши дни.

И, наверное, можно назвать чудом то, что дом в Царском Селе, где он провёл долгие годы своей жизни, сохранился, дошёл до наших дней, и в нём был создан мемориальный музей нашего замечательного педагога. И.В.Дурдин, внук художника вспоминал, каким он увидел Пушкин Царское Село в первые месяцы после освобождения города. Разрушены дворцы, парки, многие здания были сожжены, город сильно пострадал.  Но дом Чистякова начал претерпевать изменения и в довоенные годы. Ещё при жизни учителя, в пору, когда начали набирать силу авангардные течения в искусстве, художник оказался непризнанным новой властью, считавшей его буржуазным художником. Его лишили всех академических званий и пенсии. Он умер в своём доме в холодном и голодном 1919 году. Постепенно, что было характерным для первых лет советской власти, дом, в котором жила семья художника, начали «уплотнять», поделив существующие комнаты на ещё большее количество помещений, сделав его коммунальным. Мастерскую Павла Петровича взял в аренду Ленинградской Организацией Союза Художников РСФСР.

Здесь работали художники В.Е.Савинский, А.П.Почтенный, Т.П. Лякин, А.В.Мажаев.

Разрушился от времени павильон «Плач Ярославны», в нижнем этаже которого находились служебные помещения, а на втором этаже, в 1916 году жила писательница О.Д. Форш вместе с семьёй. Писательница вернулась в дом Чистякова после войны. Она жила в доме в 19471953 годах и работала в кабинете художника над романами «Михайловский замок» и «Первенцы свободы».

Но все возвращается на круги своя. В 1929 году по инициативе кружка друзей П.П.Чистякова и к 10-летию со дня его смерти, на его доме была установлена мемориальная доска. Тогда же была установлена мемориальная доска в мастерской, на которой было написано: «Потомство охраняй место творчества великого художника и учителя Павла Петровича Чистякова». А 1 июня 1958 года, к 125-летию со дня рождения художника на Казанском кладбище г. Пушкина, был открыт надгробный памятник.

Решение о создании мемориального музея было принято Ленгорисполкомом в 1979 году, а в апреле 1987 года музей был открыт.

Создание мемориального музея или даже выставки – задача непростая, зависящая от многих факторов. В основном, при создании таких музеев, научный коллектив идёт по двум путям. Первый – воплощение духа эпохи, настроения, образа главного героя, которому посвящена экспозиция. Наиболее яркий пример такого подхода дом-музей М.А.Булгакова (иначе – дом Турбиных) в Киеве, где подлинные вещи писателя соседствуют с окрашенными в белый цвет муляжами предметов, а эффекты освещения музейных экспонатов способствуют эмоциональной остроте восприятия зрителей.

Второй путь – упор на подлинность окружения и экспонатов, которые должны быть грамотно и профессионально показаны. Зрителю нужно их не просто видеть, но через эти экспонаты ощущать магию личности человека, о котором идёт речь. Именно по этому пути пошли и сотрудники дома-музея П.П.Чистякова.

Огромную определяющую роль сыграло и то обстоятельство, что родные П.П.Чистякова сохранили его картины, обстановку мастерской, а также предметы и мебель, находившиеся в доме. Немалая заслуга в этом О.Э. Мейер – племянницы жены Павла Петровича, Веры Егоровны, и внука художника Я.В. Дурдина. Как и в давние времена, дом встречает гостей. Ведь люди, приходящие в музей – это те же друзья художника. Один из залов музея, малая гостиная, отдан художникам под временные выставки. А на втором этаже – лекционный кабинет, где показывают фильм о Чистякове и его учениках. В гостиной также проводятся музыкальные вечера. Музей открыт людям.

Конечно, здесь не стоит вереница туристских автобусов, как на экскурсию в царскосельские дворцы и парки. Музей рассчитан на более узкую аудиторию, специалистов, людей, интересующихся историей русского искусства II половины XIX, начала XX века. Но атмосфера, которая царит здесь, тёплая и сердечная, здесь любят всех тех, кто сюда приходит. Остаётся только пожелать музею, чтобы ещё больше людей смогли увидеть его. Многие видели многосерийный фильм по роману Ф.МДостоевского «Идиот» (реж.В. Бортко). Значительная часть этого фильма снята здесь – на даче Чистякова (в фильме – дача Лебедева), удивительные по своему лирическому настроению кадры.

 

Я люблю приходить сюда. В этом доме с его крылечками, верандой, лужайкой с палисадником, где сменяя друг друга в разное время, цветут разные цветы, скамеечками, на которые можно присесть и предаться светлым мыслям, есть что-то чеховское, и, кажется, ушедшая эпоха, совсем близко, а хозяин дома выйдет на крыльцо и начнёт с тобой неторопливую беседу. Спасибо сотрудникам музея, за то, что они хранят это для нас.                                              

 

  1. Бунатян, Г.Г. Город муз., Лениздат, 1987.301 с.
  2. Вильчковский, С.Н. Царское Село. С.Петербург, Титул, 1992. 278 с.
  3. Город Пушкин. Историко-краеведческий очерк путеводитель. Санкт-Петербург,

    Лениздат, 1992. 318 с.

  1. Молева, Н., Белютин Э., Павел Петрович Чистяков., Москва, искусство, 1954. 85 с.
  2. Репин, И.Е. Далекое близкое. Ленинград, художник РСФСР, 1986. 488 с.
  3. Чурилова, Е.Б. Дом-музей П.П.Чистякова. Путеводитель. Ленинград, Художник

     РСФСР, 1988. 16 с.

  1. Чурилова, Е.Б. «…прочесть припоминая». П.П.Чистяков в Царском Селе. Санкт-

    Петербург, Серебряный век, 2007. 312 с.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

CommentLuv badge